Приехав домой, я начал осматривать свое приобретение. Кофр оригинальный, обитый внутри синим бархатом, с двумя отделениями, способных вместить литровую бутылку водки различные нужные вещи вроде кабелей, ремя и т.п.
Голова грифа. На фотографии видно, что инструмент изредка использовали спецназовцы для штурма стен, окон и дверей. Тем не менее, пара не слишком больших и на сразу бросающихся в глаза сколов лишь придают инструменту винтажности, а на характеристики не влияют никак.
Корпус. Бриджевый датчик скрыт под никелированной аркой. Она, конечно существенно уступает (и функционально и эстетически) арке Рика, к тому же, на фотографии это не очень видно, но верхний правый угол (то место на которое опирается рука – второе после эстетического предназначение этой арки) потерт до латуни, из которой он, собственно говоря и сделан. Стандартно ни о чем не говорящий серийный номер, выбитый рядом с колком струны «ми».
Главное преимущество этого инструмента над всеми остальными, выпускавшимися в социалистических странах. У Jolana D-Bass сквозной гриф, что дает ощутимые преимущества в звуке, но об этом позже.
Верхний металлический порожек на двух ножках просто вставляется в гнезда и удерживается струнами. Не знаю – это на всех инструментах или только на этом экземпляре такая особенность? Стандартная шестигранная гайка анкера с дырочками (затягивать и ослаблять анкер очень удобно именно вставив металлический стержень в эти дырочки).
Классический литой бридж с регулировкой высоты струн и регулировкой мензуры для каждой струны. Классическая же «фишка» всех инструментов, выпущенных Jolana – антабка – отвертка. Вроде смотришь – обычная «пуговка» для крепления ремня, а вывинчиваешь – плоская отвертка, подходящая для всего, что связано с инструментом (кроме анкера).
Классическая же антабка на роге (справа) и не менее классчиеская для Jolana проблема (насколько я знаю, как минимум у Jolana Diamant наблюдается та же самая проблема). Пластина, с гнездом джека, укрепленная четырьмя винтами выполнена из какого-то очень уж мягкого металла, в результате чего, рано или поздно на ней появляются заметные вмятины. На этом экземпляре такая мятина хорошо видна в нижней части пластины – сразу под гнездом джека.
Если есть в этом инструменте, что я могу назвать некрасивым, то это однозначно ручки потенциометров. Отливающие фиолетовым (совершенно не в цвет самому инструменту) с кривоватыми цифрами. В общем, мне лично не нравятся родные ручки. Артемий Татьянович говорит «буэээээ!» в отношении чешских дизайнеров, выбиравших именно такие ручки.Но их внешний вид не меняет отношения к инструменту в целом. А вот трехпозиционный переключатель выглядит как раз очень даже. Без особых изысков в виде какого-нибудь уродливого набалдашника из пластика, якобы «для удобства» – простота – залог красоты. Забегая вперед, скажу, что переключение трехпозиционника никак не слышно в звуке подключенного инструмента (чем грешат практически все социалистические инструменты, оборудованные подобным устройством). Никаких щелчков из комбика при переключении.
Датчики залиты парафином (фона действительно не слышно). Но тут очередная недоработка инженеров Иоланы. Высота датчика не регулируется. Он наглухо привинчен к корпусу через резиновую (ну или какую-то подобную прокладку). Подложить под датчик на саморез как на ось хотя-бы пружину (или придумать какой-нибудь иной подъемный механизм) в даелкие 80-е в далекой Чехословакии то ли не догадались, то-ли не захотели догадатьсяя.
Темброблок. Прекрасна видна маркировка родных потенциометров Tesla. Лучшие потенциометры (да и вообще радиодетали) на всем пространстве государств Варшавского блока в 80-х. Несмотря на прошедшее время потенциометры работают как часы.
Подключая инструмент к комбику, я весь дрожал от страху – а вдруг мои отроческие воспоминания о красивом певучем, «серединистом» голосе возлюбленной окажутся неправда, и самый важный параметр любого музыкального инструмента меня разочарует? Возвращаясь опять во времени, я хотел бы отметить, что мне нравилось именно «серединистое» звучание Д-Бас. Возможно, это бюыло связано с качеством оборудования, с которым я в то время сталкивался, и которое на дух не переносило низкие частоты, начиная пердеть, хрюкать и дребежжать. Иолана же на таком оборудовании (все в том же магазине в здании Сандунов, где я на ней играл несколько единственных раз пока ее не продали) за счет приписываемого ей многими минусами звучала по-человечески. При этом, нельзя сказать, что низов у нее совсем нет.
В общем, я не буду расписывать все. Объяснить словами звучание инструмента мне лично достаточно сложно. Вкратце же ее голос оказался именно таким, какого я от нее ожидал – певучим и красивым, если кратко. Да, в основном это середина (для современных басистов, которым надо, чтобы бас давал одни лишь низы, это, наверное, звучит как приговор), но мне именно это и нравится (и нравилось) в ее звуке. Ноты там получаются существенно более читаемыми и звонкими, чем, допустим на том же моем Washburn’е.
Низов, возможно, действительно не хватает, но эту проблему можно решить повесив между гитарой и комбиком эквалайзер. Выжать звучание Music Man’а или Warwick’а из нее, конечно не получится, но «занизить» ее голос вполне по силам. Главное, не вырезать «середину».
Ну и наконец печальное. В то время, когда я переписывался с продавцом этого экземпляра и вопрос по нему оставался все еще не решенным, в Екатеринбурге появилось объявление о продаже чёрного D-Bass‘а. И руководствуясь идеей «хоть один я получу!», я договорился и по нему. А в итоге мне приехали оба.
Размещение рекламы