Форум гитаристов

Филип Дик. О неутомимой лягушке

-----------------------------------------------------------------------
Philip K.Dick. The Indefatigable Frog (1955).
Журнал "Юный техник". Пер. - А.Корженевский.
OCR & spellcheck by HarryFan, 18 August 2000
-----------------------------------------------------------------------


- Зенон был первым по-настоящему великим ученым, - изрек профессор
Харди, окидывая аудиторию суровым взглядом. - Возьмите, например, его
парадокс с трубой и лягушкой. Как показал Зенон, лягушка никогда не
достигнет конца трубы, если длина каждого ее нового прыжка составляет
половину длины предыдущего. Всегда будет оставаться малое, но вполне
реальное расстояние...
Пока студенты, пришедшие слушать лекцию по физике, осмысливали
сказанное профессором, в аудитории царила тишина. Затем из задних рядов
медленно поднялась рука, и Харди недоверчиво взглянул на ее обладателя.
- Ну? - сказал он. - Что еще, Питнер?
- На занятиях по логике нас учили, что это не так. Профессор Гроут
сказал...
- Гм!
- Профессор Гроут сказал, что трубу она все-таки одолеет.
Харди сложил руки на груди.
- На моих занятиях лягушка никогда не достигнет конца трубы. Я сам
изучил эту проблему и в этом убежден. Например, если она прыгнет...
Зазвенел звонок.
Студенты дружно поднялись со своих мест и направились к выходу. Когда
последний из них покинул аудиторию, Харди достал трубку и тоже вышел в
коридор. Он взглянул сначала в одну сторону, потом в другую: ну так и есть
- совсем неподалеку стоял профессор Гроут и пил воду из фонтанчика, утирая
подбородок.
- Гроут, - произнес Харди. - Идите сюда!
Моргал, профессор Гроут оторвался от фонтанчика.
- Что случилось?
- Идите сюда, - сказал Харди и направился к нему сам. - Как вы смеете
трогать Зенона? Он был ученым и как таковой является принадлежностью моего
курса обучения, а никак не вашего. Оставьте Зенона в покое!
- Зенон был философом! - Гроут возмущенно уставился на Харди. -
Впрочем, я знаю, что у вас на уме. Этот парадокс с лягушкой. К вашему
сведению, Харди, лягушка с легкостью... Вы дезинформируете своих
студентов. На моей стороне логика!
- Ха, логика! - Харди фыркнул, сверкая глазами. - Старые пыльные
максимы! Совершенно очевидно, что лягушка должна остаться в трубе
навсегда!
- Она выберется!
- Не выберется!
- Джентльмены, вы закончили? - раздался рядом спокойный голос, и они
резко обернулись. Позади с мягкой улыбкой на губах стоял декан факультета.
- Если да, то не согласитесь ли вы заглянуть ко мне в кабинет.
Гроут и Харди переглянулись.
- Видите, что вы наделали? - прошипел Харди, входя в кабинет декана. -
Снова из-за вас неприятности.
- Из-за вас. Из-за вашей лягушки!
- Садитесь, джентльмены! - Декан указал на два стула с жесткими
спинками. - Садитесь поудобнее. Мне, право, жаль беспокоить вас, когда вы
так заняты, но мне действительно необходимо с вами поговорить. Могу я
поинтересоваться, что послужило причиной вашего спора?
- Зенон, - пробормотал Гроут.
- Парадокс с лягушкой.
- Понятно, - декан кивнул. - Понятно. Парадокс, которому две тысячи
лет. Древняя загадка. И вы двое взрослых мужчин стоите в коридоре и
спорите, как...
- Проблема заключается в том, - сказал Харди, - что никто никогда не
проводил экспериментальной проверки.
- Тогда вы двое и будете первыми, кто посадит лягушку в трубу и
проследит, что из этого получится на самом деле.
- Но лягушка не станет прыгать в соответствии с условиями парадокса.
- Вы должны ее заставить, вот и все. Я даю вам две недели на то, чтобы
подготовить эксперимент и определить истинный ответ на эту детскую
загадку. Мне надоели бесконечные споры, и я хочу, чтобы вы покончили с
этой проблемой раз и навсегда...


Работа над проектом "Лягушачья камера", как его вскоре окрестили,
началась с размахом. Университет выделил двум непримиримым ученым
подвальное помещение, и Гроут с Харди сразу же принялись налаживать
оборудование. По мере того как двухнедельный срок приближался к концу, они
пропускали все больше и больше лекций. А "Лягушачья камера" тем временем
росла и все больше и больше становилась похожей на длинную секцию обычной
водопроводной трубы, только очень большого диаметра, расположившейся вдоль
стены подвального помещения. Один конец ее исчезал в нагромождении
проводов и аппаратуры; с другого конца крепилась дверца.
И наконец все было готово. Рано утром Гроут спустился в подвал и
обнаружил, что Харди уже там: он стоял, заглядывая в трубу.
- Послушайте, Харди, - сказал Гроут, - мы ведь договорились не трогать
установку, если кто-то из нас отсутствует.
- Я просто посмотрел внутрь. Там темно, - Харди усмехнулся. - Надеюсь,
лягушка сможет разглядеть дорогу?
Тут у входа в подвал что-то скрипнуло, и они оба посмотрели на дверь.
На пороге стоял студент Питнер и с любопытством оглядывал "Лягушачью
камеру".
- Вы хотите начать опыт? - Питнер проскользнул в помещение. - А для
чего все эти катушки и реле?
- Все очень просто, - ответил Гроут, просияв. - Это я сам предложил.
Вот здесь...
- Давайте лучше я объясню, - перебил Гроута Харди. - Вы его только
запутаете. Мы в самом деле собирались начать эксперимент с первой пробной
лягушкой. Если хотите, молодой человек, можете остаться. - Он открыл банку
и достал оттуда мокрую лягушку. - Как видите, у трубы есть вход и выход.
Лягушку мы сажаем со стороны входа. Можете заглянуть внутрь, молодой
человек.
Питнер сунул голову в трубу и увидел длинный темный тоннель.
Аппаратура ожила и мягко загудела. Харди посадил лягушку в трубу и
захлопнул дверцу.
- Это чтобы она не выбралась с этой стороны.
- А зачем вам труба такого диаметра? - спросил Питнер. - Туда вполне
поместится и человек.
- Смотрите, - сказал Харди, включая газовый рожок. - Этот конец
нагревается, и тепло должно гнать лягушку вдоль трубы. Мы будем наблюдать
за ней через окошко.
Заглянув в трубу, они увидели, что лягушка преспокойно сидит на месте,
поджав лапки и глядя вперед печальными глазами.
- Прыгай, глупая, - сказал Харди и прибавил газа в горелке.
- Смотрите! - воскликнул Питнер. - Прыгает!
Лягушка действительно прыгнула.
- Благодаря хорошей теплопроводности металла дно трубы прогревается все
дальше и дальше от горелки, - пояснил Харди, - и лягушке приходится
прыгать, чтобы не обжечь лапки. Вот смотрите!
- Боже, профессор, - испуганно заговорил Питнер, - она уменьшилась.
Лягушка стала в два раза меньше.
- Здесь-то и кроется главное, - с сияющей улыбкой объяснил Харди. -
Дело в том, что в дальнем конце трубы располагается генератор особого
силового поля. Оно действует на живые ткани таким образом, что по мере
приближения к источнику они сокращаются в размере: чем дальше лягушка
прыгает, тем меньше она становится.
- А зачем?
- Это единственный способ гарантировать, что каждый последующий прыжок
лягушки будет меньше предыдущего. Прыгая, она становится меньше, и
соответственно короче становятся ее прыжки. Мы настроили аппаратуру таким
образом, что степень уменьшения соответствует требованиям парадокса
Зенона: каждый новый прыжок вдвое короче предыдущего.
- И чем же все кончится?
- Вот это, - сказал Харди, - мы и намерены узнать. В дальнем конце
трубы стоит фотоблокирующее устройство. Если лягушка доберется до конца,
она пересечет луч света, падающий на фотоэлемент, и таким образом отключит
силовое поле.
- Доберется, - сказал Гроут.
- Нет. Она будет становиться меньше и меньше, а прыжки ее короче и
короче. Для нее труба будет удлиняться до бесконечности, и она никогда не
доберется до конца.
Вы слишком в себе уверены, - сказал Гроут.
Они склонились над окошком. Лягушка проскакала уже довольно большое
расстояние, и увидеть ее было теперь очень трудно: маленькое пятнышко
размерами не больше мухи продолжало ползти по дну трубы, становясь все
меньше и меньше. Вскоре лягушка превратилась в крохотную точку, а потом и
вовсе исчезла.
- Боже! - произнес Питнер.
- Мы вас больше не задерживаем, Питнер, - сказал Харди, потирая руки. -
Нам с профессором Гроутом надо кое-что обсудить...
- Итак, - сказал Гроут, когда Питнер вышел, - трубу проектировали вы.
Что стало с лягушкой?
- Как что? Она все еще прыгает где-то там, среди атомов.
- Я подозреваю, что вы смошенничали. Наверняка по дороге с ней
что-нибудь случилось.
- Если вы так считаете, - парировал Харди, - вы можете обследовать
трубу сами.
- Пожалуй, я это и сделаю! И найду там... какую-нибудь ловушку.
- Как хотите, - сказал Харди, ухмыляясь, выключил горелку и открыл
металлическую дверцу.
- Дайте мне фонарь, - потребовал Гроут.
Харди вручил ему фонарь, и Гроут, кряхтя, полез в трубу.
- Только без фокусов! - донесся оттуда его голос, отдающийся гулким
эхом.
Харди подождал, пока Гроут скроется в трубе, потом наклонился и
заглянул внутрь. Профессор Гроут, чихая, с трудом дополз до середины трубы
и замер.
- В чем дело? - спросил Харди.
- Тут все-таки слишком тесно...
- Да?.. - Улыбка Харди стала шире. Он вынул трубку изо рта и положил ее
на стол. - Я в состоянии вам помочь...
С этими словами он захлопнул дверцу и... включил силовое поле.
Загорелись лампы, защелкали переключатели.
- Ну вот, уважаемая лягушка, теперь прыгайте, - произнес Харди, сложив
на груди руки. - Прыгайте, сколько захочется.
Он подошел к газовому рожку и зажег горелку.
В трубе было темно. Какое-то время Гроут лежал без движения,
прислушиваясь к своим мыслям. Почему Харди захлопнул дверь? Что он
задумал?.. Потом Гроут приподнялся на локтях и тут же ударился головой о
потолок трубы. Становилось жарко.
- Харди! - громкий, панический крик загрохотал в трубе, отражаясь эхом
от стен. - Откройте дверь! Что происходит?
Он пытался развернуться, чтобы пробраться к дверце, но не смог. Ничего
другого не оставалось, как двигаться вперед, и Гроут пополз дальше,
бормоча сквозь зубы:
- Ну вы у меня дождетесь, Харди, с вашими шуточками. Вы думаете...
Совершенно неожиданно потолок и стены трубы резко отодвинулись в
стороны. Гроут ударился подбородком о металлическую поверхность и
заморгал. Труба определенно выросла, и теперь места стало более чем
достаточно. А одежда!.. Брюки и рубашка болтались на нем, словно были на
все двадцать четыре размера больше.
- О, господи, - тихо проговорил профессор, встал на колени, с трудом
развернулся и пополз обратно к дверце. Он толкнул ее, но дверца не
подалась.
Довольно долго он сидел на месте, но, когда металлический пол под ним
нагрелся, Гроут неохотно отполз вдоль по трубе в более прохладное место и,
обхватив руками колени, мрачно уставился в темноту.
- Что же мне делать? - спросил он сам себя вслух.
Через некоторое время к нему вернулось присутствие духа.
- Я должен рассуждать логически. Однажды я уже попал в силовое поле и
стал в два раза меньше. Следовательно, ростом я уже всего фута в три.
Соответственно труба стала для меня как бы вдвое длиннее.
Гроут достал из огромного теперь кармана фонарь, листок бумаги и
принялся за вычисления. Фонарь, тоже ставший в два раза больше, он держал
с трудом. Вскоре пол под ним снова нагрелся, и он, не задумываясь,
подвинулся в сторону.
- Если я останусь здесь достаточно долго, - пробормотал он, - то я...
Труба снова вздрогнула, отодвигаясь сразу во всех направлениях, и Гроут
очутился под грудой грубой ткани. Задыхаясь, он с трудом высвободился
из-под нее и бросил взгляд вдоль трубы. Далеко-далеко впереди мерцал
пересекающий трубу луч света фотоблокирующего устройства. Если бы
добраться до него, если бы только добраться... Поразмыслив над своими
выкладками еще немного, Гроут пробормотал:
- Надеюсь, я не ошибся. Судя по вычислениям, я доберусь до светового
луча примерно через девять с половиной часов, если буду двигаться без
остановки.
Тяжело вздохнув, он встал, положил фонарь на плечо и двинулся в путь.


Профессор Харди повернулся к студенту Питнеру.
- Расскажите аудитории, что вы видели сегодня утром.
Все посмотрели на Питнера, и тот нервно сглотнул.
- Э-э-э... Я заглянул в подвал, и меня пригласили осмотреть "Лягушачью
камеру". Профессор Гроут пригласил. Они собирались начать эксперимент.
- Какой эксперимент?
- Эксперимент, связанный с парадоксом Зенона, - нервничая, пояснил
Питнер. - С лягушкой. Ее посадили в трубу и закрыли дверцу. Затем
профессор Гроут включил аппаратуру.
- И что произошло?
- Лягушка начала прыгать. И уменьшилась.
- Правильно, уменьшилась. А потом?
- Потом она исчезла.
Профессор Харди откинулся на спинку кресла.
- И лягушка не достигла противоположного конца трубы?
- Нет.
Аудитория загудела.
- Как видите, лягушка вопреки ожиданиям моего коллеги профессора Гроута
не достигла конца трубы.
Аудитория волновалась, и Харди постучал по крышке стола карандашом,
потом зажег трубку и, снова откинувшись в кресле, выпустил в потолок
облако дыма.
- Боюсь, этот эксперимент явился слишком тяжелым ударом для бедняги
Гроута. Как вы, наверно, заметили, он не пришел после обеда на занятия...


Гроут морщился, но продолжал идти.
- Не волноваться, - уговаривал он себя. - Главное - продолжать
двигаться вперед.
Труба снова вздрогнула, и профессор покачнулся. Фонарь, который он не
смог удержать, упал и погас. Гроут остался в огромной темной пещере, у
которой, казалось, нет ни конца, ни края.
Но он продолжал идти. Через какое-то время его одолела усталость.
- Отдых мне не повредит! - Он сел на грубый неровный пол. - Но, судя по
новым вычисления