он в тот вечер, когда первый раз начал меня оскорблять здесь, звонил чуваку, который наш общий друг-барабанщик, и просил передать, что если я здесь что-либо об этом напишу, то он меня выебет.
Я молчал, думая, что он образумится, а он во мне терпилу увидел, судя по всему.