http://www.newsland.ru/news/detail/id/704990/Закрытие сельских больниц: впервые после ГитлераВ этом году в России закрывается большинство сельских больниц. Такого не было со времен немецкой оккупации.
- Давным-давно, когда у нас в городе еще был роддом…
Мария Михайловна Соколова из города Епифани Тульской области – медработник на пенсии. Первым ее местом работы был именно городской роддом, закрытый еще в 80-е годы. Последним местом стало отделение «сестринского ухода» в Епифанской больнице - это некий вариант дома престарелых для одиноких и не слишком здоровых стариков. Уходя оттуда, она взяла жить к себе в дом постоянную пациентку этого отделения Любу – 60-летняя женщина, когда-то крепко запивавшая, постоянно ссорилась с больничным начальством, и ее выписали.
Когда-то в Тульской области была совсем другая жизнь, а больницы не закрывались, а строились. В соседнем с Епифанью Богородицком районе есть поселок городского типа Бегичевский, центр небольшого «куста» подобных же поселков вокруг крупной когда-то шахты. На громадном, впору областному центру, здании Дома культуры, на фундаментальном магазине с колоннами и надписью «Продовольственный» на фронтоне – выбиты годы постройки, всё сплошь начало 1950-х.
«О, тогда было хорошо. Была шахта – была жизнь, теперь нет шахты – нет ничего», - почти что слово в слово повторяют и врачи, и нянечки, и пациенты Бегичевской больницы.
Сейчас, когда с закрытия шахт Подмосковного буроугольного бассейна прошло уже больше 10 лет, сам Бегичевский еще выглядит живым (хотя и весьма запущенным) населенным пунктам, а вот его «пригороды» уже совсем напоминают постъядерную «зону». Скажем, поселок Красницкий встречает въезжающих рядами двухэтажек, в которых на всю улицу найдется с десяток небитых окон. За мрачными руинами есть обитаемые домики и – по странному стечению обстоятельств – отделение почты с новенькой вывеской. В развалинах же, кажется, есть какая-то жизнь – но насколько она разумна, лучше не думать.
Зачем и кому понадобилось закрывать больницу – в Бегичевском точно не знает никто. Но уже заранее смирились со своей участью. Ничего не поделаешь, раз шахта закрылась, всё закроется.
До последнего времени у нас только один раз уничтожали больницу: в войну, когда фашисты отбомбились по старому больничному зданию, - вспоминает рассказы родителей Мария Михайловна из Епифани.
То, что принято называть «распадом советских хозяйственных связей», оказалось еще не самым страшным бедствием для российской провинции. Страшнее была своеобразная «глобализация» и рыночные отношения. Жизнь стремительно утекает из глубинки, в первую очередь, потому что в общероссийском масштабе сразу целые регионы и отрасли промышленности оказались попросту неэффективными.
Что можно с этим сделать – не до конца понятно. По крайней мере, чиновники из администраций Бегичевского, Епифани и Новольвовского выхода из положения не знают. «Мы прилагаем все усилия, чтобы сохранить больницу, но что поделаешь, если у нас депопуляция», - таков наиболее распространенный ответ на любые вопросы по поводу сворачивания «социалки» в некогда богатом, но внезапно вымершем регионе. Между тем очевидно, что решать надо не медицинскую или образовательную проблему по отдельности – а общую проблему возвращения жизни, развития целых регионов, ставших внезапно неконкурентоспособными на российском «рынке»..."(c)
Размещение рекламы