Поступил к нам дядечка интересный, галики ловил, но не буйный. Но на всякий положили его в отдельный бокс.
Ночью в мое дежурство начал дядя бузить в боксе, медсестры проснулись, послали меня посмотреть. Я еще была с ним мало знакома, только проинструктирована поверхностно.
Захожу в бокс, ночник включен, мужчина сидит в кровати и бормочет что-то. Интересуюсь, по каком поводу полемику с самим собой разводит. А он мне:
– А ты что собаку не впустила?
– Какую такую собаку?
– Ну ту, что за дверью сидит. Рыжую.
Стало мне как-то не по себе, если честно.
Я даже за дверь заглянула:
– Тю-тю собаки, убежала наверное. Ложитесь спать, К. В. Два часа ночи! Или тихонечко говорите.
Вышла, закрыла дверь на ключ. Иду обратно в сестринскую. Пытаюсь отвлечься. А меня уже сестры встречают. Что да как.
– Ворчит, что я собаку рыжую не впустила.
А сестры ухмыльнулись, посмеялись, одна и говорит:
– Да он еще днем рассказывал, что за тобой собака рыжая таскается.
– Ага, коротконогая такая, такса. Поплыл мужик… – говорит вторая.
А я легла на диван, свернулась в позу эмбриона… Так до самого утра и не заснула. Все потому, что у меня тогда 2 месяца как собака умерла, рыжая, такса. Сестры об этом не знали.
Размещение рекламы