Я волком бы выгрыз китайский левак,
К Ибанезам почтения нету,
К чертям "старый японец" катись,
Любая краснуха...но эта.
По длинному фронту гримерок и баров,
Звукач учтивый мечется,
Достают все гитары и я достаю,
Лес пол мой тяжелый, увесистый.
К одним гитарам - улыбка у рта,
К другим отношенье плевое,
С почтеньем берут, например, PRS,
Хотя видно же, что паленое.
Глазами доброго дядю выев,
Не переставая кланятся,
Берут, словно берут чаевые,
Фендер американца.
На Шектер глядят как на афишу коза,
На Шектер выпяливают глаза,
В тугой полицейской слоновости -
Откуда, мол, и что это за географические новости!
И не повернув головы кочан,
И ничего брезгливости кроме,
Берут флайты, музимы и прочий "чайниз"
Ну там всякие зомби.
И вдруг как будто ожогом рот,
Скривило господину,
Этот господин берет,
Мою краснодеревянную дубину.
Берет - как бомбу,
Берет - как ежа,
Как бритву обоюдоострую,
Берет, как гремучую в 20 жал,
Змею двухметроворостую.
И потерая синяк на груди,
Бондану на руке поправив,
Смотрит на меня с завистью нескрытой,
Против приличия всяких правил.
Я волком бы выгрыз китайский левак,
К Ибанезам почтения нету,
К чертям "старый японец" катись,
Любая краснуха...но эта.
Я достаю из широкого кофра,
Воплощение рок-н-ролла,
Смотрите я обладатель счастливый,
Гибсоновского Лес Пола
Размещение рекламы