A.Koshelev, не понимаю, о каких ядовитых выпадах в свой адрес Вы говорите?
Если что, я могу вообще не общаться с Вами, коль скоро Вы такой мнительный и придумываете несуществующие события.
Никто же Вас не заставлял многократно утверждать, что в силу обладания специальными познаниями в области права и уголовного производства в сфере экономических преступлений, Ваше мнение весомо и неоспоримо.
Ок, не спорю, но вся бухгалтерская база Кировлеса была выложена Навальным прямо в виде бэкапа 1С. Он предложил всем желающим ее изучить. Мне кажется, специалисты в области экономических преступлений должны были сделать это в первую очередь...
Может быть поэтому экспертизы не были проведены, а все ходатайства по этому вопросу были отклонены?
Назначение экспертизы в данном случае не является обязанностью суда и следствия. В конце концов, был аудит по указанным событиям. Он есть в материалах дела. Кроме того, цены на лесопродукцию можно добыть другими путями.
... и добавил:Как и обещал, озвучиваю позицию по делу Кировлеса.
Итак, по делу Кировлеса Навальный осужден по ч. 3 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ (организация растраты чужого имущества в особо крупном размере), а Офицеров – по ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ (пособничество в растрате чужого имущества в особо крупном размере).
Напомню обстоятельства.
В декабре 2008 г. Белых стал губернатором Кировской области и пригласил Навального на должность своего советника. Между Белыхом и Навальным были дружеские отношения.
В марте 2009 г. знакомый Навального – Офицеров создал предприятие ООО «Вятская лесная компания».
Через месяц между «ВЛК» и государственным предприятием «Кировлес» был заключен договор поставки лесопродукции. Согласно договору, Кировлес обязался поставлять лесопродукцию для «ВЛК» объемом 10 тыс. кубометров. От имени Кировлеса выступал директор этого предприятия Опалев. То есть государственный Кировлес поставлял лесопродукцию коммерческому предприятию для дальнейшей продажи.
В июле 2009 г. учредитель Кировлеса – департамент госсобственности Кировской области – инициировал проверку деятельности предприятия за 2008 и истекший период 2009 г. Для этого была нанята аудиторская компания «Вятка-Академаудит». Согласно аудиторскому отчёту, договор между Кировлесом и ВЛК был заведомо убыточным для Кировлеса. По этой причине департамент госсобственности принял решение о расторжении договора между Кировлесом и ВЛК.
В декабре 2012 г. вступил в силу приговор Ленинского районного суда, доказавший сам факт хищения по обстоятельствам, рассматриваемым в деле Кировлеса. По этому приговору директор предприятия Опалев признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ.
Суд признал Опалева виновным в совершении растраты вверенного ему имущества Кировлес с использованием своего служебного положения в особо крупном размере по предварительному сговору с Н. (Навальным) и О. (Офицеровым).
В соответствии со ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки. Но это так, для общего развития. Пусть каждый делает свои выводы сам.
Цитата из обвинительного заключения: Навальный А.А., находясь в г. Кирове и желая обогатиться преступным путем, организовал совершение хищения имущества Кировского областного государственного унитарного предприятия «Кировлес» путем растраты в особо крупном размере.
Теперь рассмотрим позиции обвинения и защиты.
Позиция обвинения заключалась в том, что фигуранты дела совместными усилиями создали ВЛК. Эта компания сыграла роль «прокладки» между Кировлесом и конечными получателями лесопродукции Кировлеса (тот, кому ВЛК ее продавало). И всё бы ничего, посредничество прямо разрешено Гражданским кодексом РФ. Однако ВЛК закупала у Кировлеса лесопродукцию по очевидно заниженным ценам, которые были значительно ниже среднерыночных, а конечным потребителям продавала уже по рыночным ценам, нанося тем самым ущерб Кировлесу. Данные действия являлись хищением принадлежащей Кировлесу лесопродукции в особо крупных размерах, совершённым путём растраты, где Навальный – организатор, а Офицеров — пособник.
Общий объём похищенного: 10 тыс. кубометров лесопродукции стоимостью 16 млн рублей. Размер установлен исходя из требований п. 25 постановления Пленума Верховного суда РФ № 51 от 27.12.2007 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»: при установлении размера, в котором лицом совершены мошенничество, присвоение или растрата, судам надлежит иметь в виду, что хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества. Очевидно, что менее ценное имущество здесь – деньги.
Позиция защиты сводится к тому, что ВЛК являлась обычной фирмой, которая занималась легальной торговлей лесопродукцией. Закупка лесопродукции у Кировлеса со стороны ВЛК производилась по договору, поэтому Навальный и Офицеров не совершали тех преступлений, которые им инкриминируют. Следствие по делу использовало неправильное толкование ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата). В инкриминируемых действиях отсутствуют такие признаки хищения как противоправность (т.к. лесопродукция от Кировлеса к ВЛК поставлялась по договору), безвозмездность (лесопродукция была оплачена согласно договору), причинение ущерба собственнику, корыстная цель. Отсутствие хотя бы одного из этих признаков в инкриминируемых действиях исключает возможность их квалификации как хищения путём растраты. То есть защита не опровергает, что вышеуказанные обстоятельства имели место, но рассматривает их под другим углом.
А теперь порассуждаем. Казалось бы, какой ущерб, какая противоправность и безвозмездность, если существовали договорные отношения? Но подумайте: Навальный – советник губернатора (ну или представлялся им при решении вопросов). Кировлес – предприятие государственное, учредитель, напомню, – департамент госсобственности Кировской области, который находится в подчинении губернатора области – Белыха (друга Навального). А теперь подумайте: губернатор – друг Навального, директор ВЛК – друг Навального. Как Вы считаете, есть ли у этих людей рычаги давления на руководителя государственного предприятия Кировлес Опалева в целях диктования своей политики ценообразования? Очевидно, есть, но надо доказывать. Вопрос на засыпку: кому осядет разница между закупочной ценой, по которой поставлял лесопродукцию Кировлес, и конечной, по которой ВЛК впаривал ее покупателям? Правильно: Навальному и Офицерову. И думаю, что и Белыху тоже. Остается только работа следствия по доказыванию этих моментов (это и есть умысел, сговор и т.п.). Именно страх за свою шкуру вынудил Белыха защищать Навального. Не был бы при делах, сдал бы с потрохами дружка своего. Доводы защиты о том, что есть договор и что лесопродукция оплачена неубедительны. Я уже привел выше постановление Пленума ВС про замену имущества менее ценным и квалификацию этого как хищения. Но вот незадача. Навальный как-то молчит про это постановление Пленума…
И если вы считаете вышеописанное нормальным в российских реалиях бизнеспроцессом, хотя и диким по европейским меркам, то вы не правы. Это самый настоящий русский наебизнес, направленный на обогащение и наносящий ущерб государственному предприятию и в конечном счете казне субъекта. Это достаточно возмутительно и требует уголовно-правовой оценки, что и произошло.
С другой стороны, вроде как материальный спор хозяйствующих субъектов (ВЛК и Кировлес). Однако достаточно проблематично перенести его в плоскость арбитражного судопроизводства. Ведь с позиции гражданского законодательства РФ Навальный никакого отношения ни к одной из этих компаний не имеет. То есть ему невозможно предъявить претензии в рамках гражданского права.
Исходя из доказательств по уголовному делу, именно Навальный реально контролировал деятельность ВЛК, несмотря на то, что он юридически не был ее учредителем и руководителем.
Так что, как высказывался какой-то юрист, близкий к теме, действия Навального были, цитата, «напрямую направлены на изъятие части имущества, которое причиталось вот этому государственному унитарному предприятию (Кировлесу)», но оно (предприятие) их не получило из-за кабальных условий договора.
Теперь по квалификации. Часть 4 ст. 160 УК РФ предусматривает ответственность за присвоение или растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное в особо крупном размере.
Растрата состоит в продаже, потреблении, отчуждении или передаче третьим лицам вверенного виновному чужого имущества. Субъектом данного преступления может быть специальный субъект (лицо, которому вверено или в ведении которого находится похищаемое имущество), поэтому лица, не являющиеся должностными, а также лица, которым имущество не было вверено или передано в ведение, но которые участвовали в хищении, несут ответственность по настоящей статье со ссылкой на ст. 33 УК РФ.
Растрату следует считать оконченным преступлением с момента противоправного удержания вверенного имущества (его потребления, израсходования или отчуждения). При этом похищенное имущество не обязательно должно оказаться во владении виновного.
И снова предлагаю вернуться к п. 25 постановления Пленума Верховного суда РФ № 51 от 27.12.2007 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»: при установлении размера, в котором лицом совершены мошенничество, присвоение или растрата, судам надлежит иметь в виду, что хищение имущества с одновременной заменой его менее ценным квалифицируется как хищение в размере стоимости изъятого имущества.
То есть признаки хищения есть и в том случае, когда растраченное имущество заменено менее ценным.
В ходе судопроизводства признательные показания давал не только «запуганный стороной обвинения» Опалев (осужденный по этим же обстоятельствам), но и ряд свидетелей из числа бывших высокопоставленных работников Кировлеса – Маховеев, Бастрыгина Л.Г., Змеев С.П. (заместители Опалева), Бура М.В. (бывший начальник коммерческого отдела Кировлеса). Они дали показания в части организации и механизма совершения преступления, а также пояснили, что между Кировлесом ВЛК был заключен крайне экономически невыгодный договор, в результате исполнения которого предприятие Кировлес несло убытки. При этом из показаний всех этих свидетелей усматривается, что Навальный имел серьезное влияние в силу того, что являлся советником губернатора Кировской области, принимал участие в совещаниях у заместителя губернатора Щерчкова и фактически курировал деятельность Кировлеса.
Ребята, все доказано.
Дело не простое, конечно. Как я и говорил, оно политически мотивированное. Но в данном случае политическая подоплека не предрекала виновности Навального, потому что доказательства в деле были и без Опалева, которого, как говорят, запугали и т.п. Просто политическая сила заставила следственную машину государства работать более интенсивно, упереться рогом в поиск доказательств, а не положит болт на все после доследственной проверки. Следствие хорошо поработало, испытывая колоссальное давление людей, которым промыли мозги.
Я могу много и аргументировано говорить по этому делу, но надо ли это кому-то? Навальный абсолютно такой же, как и те, с кем он борется.
... и добавил:Hellios, но легче одурачить людей, чем убедить их, что они одурачены. (Марк Твен).